Снаружи всё выглядит красиво: суды, электронные системы, Международный финансовый центр «Астана». Но стоит подать иск — и начинается квест, где главный враг не должник, а процесс. Казахстан действительно движется к современному правосудию, но путь этот, мягко говоря, ухабистый.
Суд работает быстро. Иногда — слишком быстро
Казахстанские суды гордятся короткими сроками рассмотрения дел. Формально — три-четыре месяца, всё чётко и по графику. На деле же эта спешка часто превращается в формальность. Судьи физически не успевают разобраться в сложных спорах, особенно если участников много или есть иностранные компании.
Контролировать взыскание задолженности приходится буквально вручную. Повестки могут прийти после заседания, документы — затеряться, а секретарь судьи — внезапно «забыть» распечатать нужный файл. Да, закон позволяет переносить заседание при ненадлежащем уведомлении, но попробуйте добиться этого на практике. Чаще проще позвонить секретарю и самому уточнить дату.
Коррупция и «инициативные» судьи
Официально коррупция в судах «сведена к минимуму». На деле — всё зависит от инстанции и конкретного судьи. Бывает, решение можно предсказать по фамилии председательствующего.
Особенно тревожно, когда в деле фигурирует государство или компания с госдолей. Большинство судей не решаются идти против власти — просто не хотят рисковать карьерой. Поэтому иногда создаётся впечатление, что спор ведёшь не с ответчиком, а с самим судом.
После изменений 2020 года суд получил «активную роль»: теперь он может сам собирать доказательства, назначать экспертизы и даже сомневаться в подлинности договора, если ему что-то не нравится. Звучит как забота о справедливости, а выглядит — как произвол.
Законы есть, но ясности — нет
Казахстан не признаёт прецедентное право, но без него система работает как лотерея. Сегодня суд примет переписку по e-mail в качестве доказательства, а завтра — откажет, потому что «нет чёткого регулирования».
Даже Верховный суд не всегда даёт разъяснения по базовым вопросам — например, по экспертизам или срокам давности. В итоге один и тот же спор в разных судах может закончиться двумя противоположными решениями. Для бизнеса это означает только одно: предсказать результат невозможно.
Госпошлина кусается, но МФЦА спасает
Подача иска в Казахстане — удовольствие не из дешёвых. Для компаний госпошлина — 3% от суммы требований, без верхнего лимита. Чем больше взыскиваешь — тем больнее кошельку. Поэтому многие идут хитрым путём: подают иск на часть суммы, чтобы “прощупать” должника и не тратить лишнего.
На фоне этой бюрократии приятно выделяется Суд при Международном финансовом центре «Астана» (МФЦА). Это действительно другой уровень. Судьи — из Великобритании и Сингапура, процесс — на английском, решения — по стандартам общего права. Здесь есть логика, а не привычное «так решил суд».
Исполнители: как повезёт
Когда решение всё-таки получено, начинается новый этап квеста — исполнение. В Казахстане работают частные судебные исполнители (ЧСИ), и это одно из немногих действительно работающих звеньев.
ЧСИ зарабатывает процент от взысканной суммы — от 25% до 3%. Поэтому у него есть мотивация довести дело до конца. Но и тут есть нюанс: квалификация исполнителей очень разная. Один работает чётко, другой может месяцами “искать” должника, даже если тот никуда не скрывается.
Цифровизация — хорошая идея, но бумага побеждает
Онлайн-система «Судебный кабинет» выглядит современно: можно подать иск, подписать доверенность, отслеживать дело. Но когда нужно ознакомиться с материалами — вас всё равно ждёт стопка бумажных дел в архиве.
Да, цифровизация идёт, тестируется электронное гражданское дело, но пока технология и практика живут в разных реальностях. Суды по-прежнему перегружены, а судьи — завалены бумагами.
Итог: всё сложно, но работает
Казахстан действительно движется вперёд: реформы, цифровые сервисы, частные исполнители, арбитраж МФЦА — всё это реальные шаги. Но система по-прежнему держится на энтузиазме людей, а не на прозрачных механизмах.
Если вы собираетесь взыскивать активы в Казахстане — готовьтесь к марафону. Здесь важно знать не только закон, но и привычки местных судей, ритм канцелярий и даже номер телефона секретаря. И да, это всё тоже часть «правосудия».
- Алиев сообщил о полной отмене ограничений на транзит грузов в Армению
- В Узбекистане более 2 тысяч чиновников заменит искусственный интеллект
- ЦИК Молдавии объявил о победе правящей партии с минимальным перевесом
- Итоги выборов в Молдове: правящая партия победила за счет диаспоры
- Оппозиция Молдавии в сумме набирает больше голосов, чем партия Санду
